Алан Берков: Смертельная гонка
История Формулы-1, обзоры, статьи исторические интервью.
 
Вперёд
Назад

Смертельная гонка

Смертельная гонка

В беседах с журналистами Алан Берков охотно говорил только о соревнованиях. О частной жизни предпочитал не распространяться. Недостаток информации восполняли фантазиями и домыслами. Алан представал то избалованным мальцом: в двенадцать лет гонял на собственном мотоцикле, в шестнадцать ему купили «шестерку»; то легко разбогатевшим «новым русским», который, катаясь на болидах, тешил свои амбиции; а то и вовсе темной личностью, связанной с криминальным миром.

Его настоящее имя – Мухтар Байрамуков. Родился в 1962 году в Карачаево-Черкессии, в селе Светлое, в многодетной карачаевской семье. Отец – колхозный механизатор, от зари до зари пропадал в мастерских и на поле, мать занималась домом. Гонять на мотоциклах сыновьям Байрамуковых было некогда. С ранних лет дети помогали родителям по хозяйству, и Мухтар исключением не был – со второго класса ездил на сенокос, пас барашков, вместо матери окучивал километровые ряды колхозной свеклы. В моторах он действительно любил копаться и в седьмом классе, сдав экзамены лучше взрослых, даже получил права тракториста. После чего отец изредка разрешал ему порулить новенькими «Жигулями».
После школы Байрамуков окончил автокурсы при ДОСААФе, отслужил два года в Германии. Вернувшись домой, устроился работать шофером в областном центре. И тут случилась беда – Мухтара арестовали по обвинению в изнасиловании.
«Людей, с детства знавших Мухтара, это известие повергло в шок. Никто не верил. А родственникам, обивавшим правоохранительные пороги, прямо сказали: «Десять тысяч рублей, и дело будет закрыто!» Но Мухтар, понимая, в какую кабалу попадет семья, воспротивился: «За что мы должны платить? Я не виновен, суд обязательно во всем разберется», – рассказывал старший из братьев Байрамуковых – Мусса.
Два года Мухтару пришлось провести в колонии общего режима, еще полтора – на поселении. Незадолго до освобождения он узнал, что тех, кто «зарабатывал» на ложных обвинениях большие деньги, во избежание скандала из органов по-тихому убрали.

В зоне Байрамуков завел дружбу с двумя крупными «цеховиками». Нынче о таких личностях принято писать: «Опередив свое время, они пытались жить по законам рыночной экономики, за что и получили срок». Не буду называть этих людей, скажу только, что впоследствии они вполне легально сделали себе состояния, и сегодня, как законопослушные и уважаемые граждане, входят в руководство известных концернов, имеют связи на самом высоком уровне.
Так вот, при их поддержке Мухтар перебрался в Москву. И по их же совету стал заниматься коммерцией. Трудолюбия ему было не занимать: за три года сумел заработать неплохие деньги. Только после этого позволил себе поехать на отдых в Венгрию.
И там, в Хунгароринге, попав на гонки «Формулы-1», Мухтар увидел прославленного бразильского пилота Айртона Сенну. В том же году он уезжает в Великобританию, в гоночную школу Джима Рассела, знаменитого в прошлом пилота «Формулы-1». И именно ему, показавшему лучшее время в квалификации и прохождении круга в гонке и выигравшему саму гонку, в которой участвовали двадцать два ученика, вручают диплом лучшего выпускника и первую профессиональную британскую лицензию «В».
Вернувшись в Россию после окончания сезона, Байрамуков попытался найти поддержку в официальных структурах. Те стать хозяевами гонщика соглашались, но выдвигали условия: во-первых, меняй имя, «лица кавказской национальности» нынче не в чести; во-вторых, ищи спонсоров, а распоряжаться деньгами будем мы. И вообще, не рвись в облака, бери машины попроще, подешевле. И он решил на свой страх и риск выступать самостоятельно.
«А псевдоним все-таки взял. Алан по-карачаевски – друг, приятель, товарищ, – рассказывал мне один из братьев Мухтара. – Фамилию Берков кто-то из друзей назвал. Когда у Мухтара спрашивали про отчество, он, смеясь, отвечал: «Борисович в честь Ельцина».
В 1993–1994 годах Байрамуков выступал в соревнованиях Opel Junior, Ford и Opel. Поначалу звезд с неба не хватал, приходил пятнадцатым, тринадцатым, двенадцатым. В один прекрасный день, прослышав о диковинке – русском пилоте, к нему подошел сам Айртон Сенна. Эта встреча окрылила Мухтара. Теперь в гонках он стал приходить девятым, седьмым, потом шестым. Получил национальную британскую лицензию «А», международные лицензии «С» и «В».


Мухтар (справа) со знаменитым гонщиком Рубенсом Барикелло

Гибель Сенны летом 1994 года потрясла Мухтара. Он нашел людей, которые согласились издать переводную книгу об Айртоне, организовал ее презентацию, на которую пригласил посла Бразилии. Больше для своего кумира он ничего не смог сделать.
В 1995 году русского гонщика берет в свою команду англичанин Фред Годдард, у которого некогда начинали свою карьеру «формулист» Эмерсон Питибальди и трехкратный чемпион «Формулы-1» Нельсон Пике. За дебютировавшую команду «Z-Speed Racing» Мухтар выступает в британской «Формуле-3».
Появление болида с российской символикой на борту на знаменитом автодроме Силверстоун стало сенсацией. «Русский гонщик рвется к «Формуле-1»! Это что – шутка?», «Неужели русские медведи умеют ездить на гоночных машинах?», «Не видать этому парню победы как собственных ушей» – так комментировали предстоящее выступление Алана. Напарник Байрамукова – Мартин Байфорд – в зачете пилотов занял первое место, Мухтар, который трижды приходил третьим, – шестое. Когда «Z-Speed Raсing» объявили победителем в командном зачете, русского гонщика признали и болельщики, и пресса. «Из восемнадцати гонок «Формулы-3» Берков проехал только четырнадцать. Его результаты были бы значительно лучше, если бы он принял участие во всех гонках чемпионата», – писали газеты. Лишь немногие знали, почему Байрамуков выступал не с начала чемпионата и чего стоило ему шестое место.
Ни для кого не секрет, что участие в гонках стоит очень дорого. До «Формулы-1» гонщик никому не нужен. За все платит он сам или же спонсоры. Чаще всего с потенциальными спонсорами Мухтар знакомился в Москве на различных светских мероприятиях. Презентация, состоявшаяся в первых числах февраля 1995 года, не была исключением. Под конец мероприятия человек двадцать приглашенных решили продолжить вечер в одном из ночных клубов Москвы. Байрамуков с приятелем оказался в иномарке банкира, с которым он познакомился пару часов назад. Сам банкир и его охранники устроились в другом авто. На подъезде к Новому Арбату машина, в которой сидел Мухтар, была обстреляна из автоматов. Милиция, прибывшая на место преступления, нашла лишь изрешеченную и залитую кровью иномарку, а неподалеку от нее – труп шофера.
Целый месяц Байрамуковы искали брата в больницах и моргах Москвы и Подмосковья, но тот как сквозь землю провалился. Мысленно они уже похоронили брата. И вдруг через месяц раздался телефонный звонок, и какой-то незнакомец сообщил, что Мухтара и его приятеля в бессознательном состоянии люди банкира увезли в частную клинику. Приятель вскоре скончался, а Мухтара банкир, используя свои связи, переправил в один из лучших госпиталей Израиля. Считая себя должником Мухтара, банкир оплатил и пластическую операцию, и лечение по классу люкс. Из-за этой передряги Байрамуков не смог откатать все гонки в команде «Z-Speed Racing». Добавим, что в том же, 1995 году, несмотря на тяжелейшие травмы, он сумел получить международную лицензию «А», дающую право участвовать в гонках «Формулы-3000».
Настоящая известность в России к Беркову пришла после передачи, отснятой во время квалификационных заездов «Формулы-3000» и показанной по НТВ Кириллом Кикнадзе осенью 1995 года. Позволим себе привести два фрагмента закадрового текста.
Кирилл Кикнадзе: «Удивительно, но за два года Берков преодолел то же расстояние, на которое у других гонщиков уходит десять лет».
Владелец команды Фред Годдард: «Вы можете поверить моему профессиональному опыту, у этого парня есть будущее».
В начале сезона 1996 года Байрамуков выступает в Оултон-парке в гонке британского чемпионата «Формулы-3000». Из семи стартовавших он пришел пятым. Кое-кто в России расценил это как поражение, в Англии – как победу, потому что гонялся Берков на болиде 1992 года (на более современный у Мухтара не хватило денег), а соперники – на машинах 1995–1996 годов. Выступление «русского медведя» заметили и оценили знатоки. Фред Годдард также был доволен Мухтаром: «Его прогресс поражает. Ко мне подходили люди, работающие с командами «Формулы-1», и высказывали удивление и восхищение результатами мало кому известного русского. Если бы Алан Берков ехал на машине 1995 года, то он был бы в тройке призеров. А возможно, и победил бы».
Но большинство наших спортивных журналистов гонщика просто игнорировали.
«В России он не выступал, а в Англии никаких существенных результатов не добился. Я слышал от специалистов, что как гонщик он ничего собой не представлял», – заявил мне один из них. Критикам Беркова советую прочитать интервью Виктора Маслова, первого пилота России, дебютировавшего в гонках «Формула-3000». Он популярно объясняет, как невероятно трудно новичку пробиться в «Формулу-3000». Сам он в этом году планирует только изучить трассу, получить какой-то опыт. Байрамукову же, начинавшему гонять вообще «с нуля», удалось получить такую квалификацию через три года.


В турне по Кавказу. Иосиф Кобзон (в центре) и Мухтар (крайний справа)

«Да он на бешеные деньги спонсоров просто покупал английские команды», – обличал Беркова еще один журналист. Странное обвинение. Любая из гоночных команд «продается» спонсору и гоняет болиды за его счет – это же мировая практика.
«Говорят, Берков катался на грязные деньги», – поделился слухами третий. Успокойтесь, коллеги, спонсорами Беркова были российский банк «Эффект-Кредит», знаменитый «Лукойл», помогал Мухтару и его земляк – глава концерна «Ферейн» Владимир Брынцалов.
После показа по НТВ у Мухтара появилось много новых знакомых – звезды шоу-бизнеса и киноактеры, политики и писатели, банкиры и предприниматели, с некоторыми из них он даже подружился. Но о своей судимости новым друзьям он рассказывать не рискнул, слишком добрым их отношением дорожил. Когда в прессе стали появляться статьи, реабилитирующие Эдуарда Стрельцова, отсидевшего по сфабрикованному делу об изнасиловании, у Мухтара появилась потаенная надежда: а может быть, и в его истории разберутся…
У криминальной публики, которой было известно его прошлое, Берков слыл за своего и пользовался особым уважением. Ему бы сторониться этой братии, а он не мог этого сделать. Не мог не принять от авторитета, которого знал по зоне, предложение посидеть в ресторане, ведь тогда тот отнесся к нему по-человечески. Не мог отказаться от встреч с людьми из московских преступных группировок, да и как откажешься, когда к тебе то и дело прибегают за помощью земляки, перепуганные «наездами» крутых ребятишек? А как отвернуться от «вора в законе», когда этого с виду респектабельного господина на очередной светской тусовке тебе представляет достойный человек, член Совета Федерации? Только вот сенатора за это знакомство никто в милицию не потянет, а Беркова задерживали без всякого стеснения – ну как же! Бывший уголовник.
Однажды кто-то из криминальных знакомцев Мухтара взял в заложники оперативника, коллеги опера в ответ захватили Беркова. И он был вынужден выступать парламентером в переговорах с «отморозками». Слава Богу, обошлось без жертв… После таких историй очень хотелось ему сбежать в Англию, где он чувствовал себя достойным уважения человеком.
Летом 1996 года Мухтар подписал контракт с командой Arrows (владелец Джекки Оливер). Он должен был выступать за Arrows в «Формуле-3000» и провести десять тест-заездов на болидах первой формулы этой команды. По контракту в случае получения суперлицензии он принял бы участие в одной из гонок чемпионата мира «Формулы-1» в Португалии или Италии. Контракт оценивался в 1,2 миллиона долларов. Но спонсоры давали только часть денег, остальные надо было зарабатывать.
В Англии у него появились хорошие знакомые и друзья (один из них – известный бразильский гонщик Рубенс Барикелло), которые, уважая упорство «русского медведя», взялись ему помогать: одни находили фирмы, которые за рекламу соглашались дать Мухтару масло или колеса; другие подыскивали выгодные торговые контракты. Закупив в Англии окорочка, шоколад, соки, он отправлял их морем в Санкт-Петербург. В Москве друзья искали покупателей-оптовиков. А в гоночные сезоны, в свободные от тренировок дни, он крутился по России – Владивосток, Архангельск, Ростов-на-Дону, Екатеринбург, Махачкала… Перепродавал цемент, бензин, дизельное топливо, все, что пользовалось спросом. А потом – напряженные тренировки на британских автодромах. Вся его жизнь превратилась в одну сплошную гонку. И лишь изредка он позволял себе нарушить сложившийся график. К примеру, вызвался сопровождать Иосифа Кобзона в его прощальном турне по Северному Кавказу.
Сразу после окончания этих гастролей в Кисловодске Мухтара задержали сотрудники МВД. Обыскали. И, рассматривая фотографии, где Байрамуков был запечатлен с принцессой Дианой, в обществе президентов Кабардино-Балкарии и Северной Осетии, удивились: «Что ты за человек? И с принцессой знаком, и с президентами водку пил, а по нашим данным, на тебе клейма ставить негде», – и в наручниках препроводили недоумевающего Мухтара в Москву. А случилось вот что.
В 1997 году на родине Байрамуков вступил в словесную перепалку с одним из местных милицейских начальников. Быть может, не последнюю роль тут сыграли сложные межнациональные отношения. И когда столичные сотрудники милиции в поисках некоего Байрамукова, подозреваемого в совершении убийства, вышли на того начальника, он не задумываясь указал на гонщика. Мухтара через четыре месяца выпустили – произошла ошибка. Но сыщики уже успели обзвонить журналистов, начихав на презумпцию невиновности, по большому секрету рассказывая им, что гонщика ищут за убийство, а он где-то скрывается. И пошла гулять по Москве дурная слава. И с этим надо было как-то жить. Адвокат предлагал Мухтару подать в суд на правоохранительные органы, но он так и не решился это сделать – не очень-то верил в наше правосудие.
На вопрос близких людей, скоро ли он надумает жениться, Байрамуков отвечал: «Вот миную рубеж – 33 года, тогда буду думать о собственной семье». До «рубежа» он не дожил всего двадцать дней…
В одной из газет появилась краткая заметка: Берков прибыл в Ставрополь на похороны убитого авторитета и сам стал жертвой мафиозной разборки. Братьям Мухтара удалось установить, кто распускает эти слухи. Начиная расследование, ставропольчане первым делом позвонили в Карачаево-Черкессию, и тот самый начальник, у которого был конфликт с Мухтаром, заявил: «Да Байрамуков бандит, его даже из Москвы арестовывать приезжали!» О том, что на самом деле случилось в Ставрополе, мы узнали от следователя Юрия Русина.


Эту бутылку шампанского, подаренную принцессой Дианой, хранят родные Мухтара

За полгода до смерти Байрамуков случайно познакомился с земляком, карачаевцем Исмаиловым (фамилия изменена в интересах следствия). Несколько раз Исмаилов брал у него взаймы. Когда Мухтар узнал, что эти деньги уходят на наркотики, он пожалел парня и решил ему помочь. Уговорил Исмаилова начать лечиться, нанял на свои деньги врача, упросил знакомых ребят присматривать за наркоманом, чтобы он не смог ни у кого купить наркоту. Возможно, кому-то этот поступок Мухтара покажется странным, но только не его друзьям.
30 октября 1998 года Байрамуков вместе с другом по дороге в Москву заехал на короткое время в Ставрополь, где остановился у родственника, снимавшего небольшой домик в переулке Дружбы. На следующий день он присутствовал на похоронах Н. Был ли покойный «вором в законе» (по оперативной информации, Н. купил это звание) – неизвестно, а вот крупным предпринимателем, владельцем коньячного завода он действительно был. И проводить его в последний путь пришло немало людей, в том числе и губернатор Ставрополья.
После похорон к Байрамукову заглянул на минутку Исмаилов и в очередной раз попросил взаймы. Мухтар не таясь расстегнул дорожную сумку, где лежали пачки в банковских упаковках. Эти деньги, собранные родственниками и знакомыми, ему привезли утром. В сумме с уже накопленным и средствами спонсоров они предназначались на оплату контракта с одной из британских гоночных команд. Результаты, которые Мухтар показывал на тренировках, позволяли надеяться на успешные выступления в 1999 году и выход в «Формулу-1».
А в восемь часов вечера Исмаилов и шесть его дружков появились в переулке Дружбы. Трое остались караулить на улице, четверо вошли в дом. Мухтара и его родственника расстреляли спящими, друг Байрамукова сумел выпрыгнуть в окно, но позвать на помощь не успел – дали автоматную очередь в спину.
Убийц разыскивал и северокавказский РУБОП, и братья Байрамуковы. Пятерых задержали, но вскоре троих, тех, кто не участвовал в расстреле, отпустили под подписку. Исмаилов и еще один убийца пока находятся в федеральном розыске. Если верить показаниям задержанных, на счету у Исмаилова с дружками десяток трупов. Они выискивали состоятельных людей, входили к ним в доверие, а потом грабили и убивали…
Я думаю, этого человека нельзя рисовать одной краской – будь то белая или черная. Но гонщиком, как утверждают западные специалисты, он был классным, фанатиком в самом лучшем смысле этого слова. И, получи Алан Берков поддержку Федерации автомотоспорта (уж не знаю, почему она им не заинтересовалась), сегодня Россия имела бы в «Формуле-1» своего пилота.
Тогда бы и жизнь Беркова не закончилась так трагически…

Таисия БЕЛОУСОВА

"Совершенно секретно", No.7/123



Знаете ли Вы что...