Обзор сезона 1977 года: автомобиль-крыло и турбонаддув
Обзор сезона 1977 года: автомобиль-крыло и турбонаддув
История Формулы-1, обзоры, статьи исторические интервью.
 
Вперёд
Назад

Обзор сезона 1977г

Обзор сезона 1977г

Перед сезоном 1977 года лучшие умы Lotus и Renault работали независимо друг от друга над двумя инновациями, которые произвели революцию в Формуле 1 - "Wing-Car" (автомобиль-крыло) и турбонаддув. На новом Lotus 78 Марио Андретти выиграл 4 Гран-При, но в общем зачете 37-летний итало-американец оказался только на 3-м месте, позади Ники Лауды и Джоди Шектера, которые имели на своих счетах по 3 победы. То, что Марио упустил возможный титул, имело причиной, кроме прочего, относительную ненадежность
экспериментального мотора Cosworth. Пилот сходил из-за неисправностей силового агрегата в Сильверстоуне, Хоккенхайме, Цельтвеге и Цандфоорте четыре раза подряд. С другой стороны, "Golden Boy", как его называли, допускал порой невероятные ошибки в пилотировании. В Цольдере Андретти оккупировал поул с превосходством в целых полторы секунды, но на старте сразу дал себя
обогнать Джону Уотсону, а на первом же круге при попытке вернуть лидерство на торможении вылетел сам и вынес Уотсона. Разумеется, этот бельгийский Гран-При выиграл не кто иной, как коллега Андретти по команде Гуннар Нильссон на втором Lotus 78. Другая неудача постигла Марио в Цандфоорте, когда Лауда лидировал в общем зачете с 54 очками, а Марио отставал от него на 22 очка.
Андретти поставил все на карту - и проиграл. Атакуя лидировавшего Ханта, Lotus задел McLaren в повороте Tarzan. Хант моментально вылетел с трассы, а Андретти заплатил за свое нетерпение впечатляющим "волчком" и умершим двигателем. Lotus 78 со своей отточенной аэродинамикой "от Питера Райта" был постоянно настроен на то, чтобы производить максимум прижимной силы. Lotus первой презентовала основной принцип "автомобиля-крыло" в образе узкого шасси-монокока с продвинутым вперед сиденьем водителя и центрально расположенным бензобаком, находящимся за спиной пилота, а также по возможности более оптимальным силовым агрегатом (читай - проверенным Cosworth V8). Lotus 78 был гениальной конструкцией, но еще долго доводился "до ума". Регламент Формулы 1 разрешил использование центрального бензобака только с сезона 1978 года, так что это типичное конструкторское отличие будущих поколений болидов могло быть внедрено только начиная с еще более элегантной и отточенной последовательницы - модели 79.
Итак, чемпионом-77 стал Ники Лауда. Это была победа под девизом: "Теперь тем более". 28-летний австриец лидировал не так подавляюще, как до своей аварии на Нюрбургринге, что было обусловлено не столько самим гонщиком, сколько гораздо больше машиной 312Т2 и настроением в команде Ferrari. Неожиданный и неслыханный отказ от гонки в Японии многие современники интерпретировали как трусость перед лицом врага. Энцо Феррари начал сомневаться в водительских способностях Лауды, высказывались даже мнения, что Лауда должен работать только менеджером команды и главным тест-пилотом. Однако Лауда боролся за место в кокпите и свою репутацию гонщика, даже после того, как Карлос Ройтеманн по внутренней субординации Маранелло скоро стал считаться Numero Uno. Тем более после того, как аргентинец победил на втором этапе в Интерлагосе и захватил лидерство в общем зачете. Победа в дебютном Гран-При сезона, 9 января 1977 года в Буэнос-Айресе совершенно неожиданно досталась Джоди Шектеру. Южноафриканец после трех лет "работы подмастерьем" в Tyrrell решил, что с него довольно и за большую сумму денег перешел в команду австро-канадского нефтяного магната Вальтера Вольфа. Вольф охотно "дирижировал" командой, но одновременно был и
бизнесменом, который рассматривал отрицательные финансовые результаты и неудачи как личное оскорбление. После более чем разочаровывающего для команды сезона 1976 года Вольф подверг ее полной реструктуризации. Из Lotus пришел Питер Уорр, покупкой "Frank Williams Racing Cars Ltd." Вольф гарантировал себе членство в FOCA, в то время как неудачливый Фрэнк Уильямс был всего лишь хорошо оплачиваемым "подсобным рабочим". То, что Шектер в новом Wolf WR1 конструкции Харви Постлтуэйта сразу в дебютной гонке попал с 11-го на 1-е место, было абсолютной сенсацией. Фрэнк Уильямс в Буэнос-Айресе отсутствовал. Через некоторое время он уволился из команды Вольфа и основал "Williams Grand Prix Engineering Ltd." со штаб-квартирой в Дидкоте, чтобы начать сначала бизнес в Формуле 1. Главным инженером был приглашен некий Патрик Хэд. В команде Wolf Racing Патрик был всего лишь вторым конструктором. Времена менялись…
Ники Лауда оказывал давление на руководство в Маранелло: не лидер чемпионата Ройтеманн, а австриец прошел все запланированные обширные тесты модели 312Т2. Разумеется, Лауда оставил за собой и привилегию, выйти на тренировку за неделю до южноафриканского Гран-При. Лучшим образом подготовленный, Лауда действительно добился одной из самых важных побед в своей карьере, поскольку теперь даже самые злые критики должны были констатировать, что австриец после аварии на Нюрбургринге ни в коем случае не потерял свой "победный инстинкт". Однако та гонка была омрачена трагедией, началом которой послужила вынужденная остановка Ренцо Цорци. Он "припарковал" свой Shadow DN8 на обочине напротив пит-лейн и прямой "старт-финиш". Поврежденный бензопровод вывел из строя двигатель, небольшое количество топлива воспламенилось, однако пожар выглядел довольно безобидно, тем более, что Цорци в спешке уже покинул свою машину. Два работника трассы поспешили со стороны боксов через трассу, когда башенку "старт-финиш" прошел тесный пелетон гонщиков, начинавших 23-й круг. Ханс-Йоахим Штук, на заводском March заменявший сломавшего ногу Иэна Шектера, возглавлял группу и поэтому смог сумасшедшим маневром избежать столкновения. Однако шедший сразу за ним Том Прайс сбил на скорости около 270 км/ч своим Shadow DN8 перебегавшего дорогу 19-летнего работника трассы Янсена ван Вуурена, скончавшегося на месте. Огнетушитель, который нес юноша, ударил гонщика, нанеся последнему смертельную травму. Неконтролируемый болид Прайса промчался дальше и перед поворотом Crowthorne Corner врезался в
Ligier Жака Лаффита. "Жако" отделался сильными ушибами. Несмотря на двух погибших, Гран-При ЮАР не был остановлен. Вслед за Роджером Уильямсоном и Тони Брайзом в течение трех с половиной лет погибла третья большая британская гоночная надежда…
То, чего не достиг Том Прайс, посчастливилось добиться его преемникам в команде Shadow: Алан Джонс победил менее, чем через полгода, 14 августа 1977 года на дождливом Гран-При Австрии.
Всего лишь через 13 дней после этой трагедии в Кялами, гоночный мир был потрясен очередным печальным известием: Карлос Паче погиб в авиакатастрофе на своем частном самолете. Джоди Шектер, казалось, находился на успешном курсе, управляя своим Wolf-
Cosworth: даже если победа в Буэнос-Айресе и была счастливой случайностью, то реальное повышение мастерства гонщика и качеств автомобиля южноафриканец доказал высокими результатами в сезоне и впечатляющей победой в Монте-Карло. Принеся 100-ю победу моторам Cosworth DFV, Шектер одновременно захватил лидерство в общем зачете, которое, правда, 27-летний пилот далее потерял ввиду технических дефектов и собственных ошибок в следующих четырех этапах.
Еще более длинную полосу неудач перенес защищавший звание чемпиона Джеймс Хант: в пяти гонках подряд англичанин оставался без очков. Это было местью судьбы за то, что команда McLaren слишком долго ставила на старую испытанную конструкцию М23. Разработка новой, более компактной модели М26 была серьезно запущена из-за необходимости концентрации всех сил на дуэли Хант/Лауда. Новый McLaren не показал себя удачной конструкцией подобно М23. Потребовались многочисленные доработки. Самой серьезной и бросающейся в глаза была установка центрального масляного радиатора в передний обтекатель. Лишь к началу европейского сезона в Хараме 8 мая 1977 года Хант смог появиться на М26 на старте, и только через 2 месяца добился первой победы в сезоне на Гран-При Великобритании в Сильверстоуне. Это было слишком поздно для того, чтобы сохранить надежды на защиту звания чемпиона. Та гонка в Сильверстоуне была премьерной для двух новичков: Жиля Вильнева и Патрика Тамбэ. Трагическая судьба необычным образом соединила карьеры этих друживших пилотов пять лет спустя. Вильнев был выдающимся талантом, который довольно поздно начал выступать в гонках. Из боязни оказаться слишком возрастным для Формулы 1, Жиль указывал в своих данных 1952 год рождения вместо 1950. Дэмон Хилл позднее тоже прибегал к этому методу омоложения. Тедди Майер доверил новичку М23 - и он оказался в Сильверстоуне быстрее, чем Йохен Масс на новом М26. Следует сказать, сто дни Масса в McLaren и так были, в общем, сочтены. 31-летний немецкий пилот так и не получил больше шанса выступать за топ-команду. Неожиданным образом выбор Тедди
Майера, искавшего замену Массу, пал не на Вильнева, а на Патрика Тамбэ.
Последнему удалось, выступая на Ensign, спонсируемом баснословно богатым китайцем из Макао Тедди Йипом, завоевать 5 очков, столько же, сколько и № 1 команды Ensign,Клею Регаццони. Это сильно впечатлило Майера, и Жиль Вильнев остался свободным для Энцо Феррари. Причем франко-канадец не был однозначным претендентом. Когда освободилось место Лауды, Феррари сначала
вел переговоры с Марио Андретти, Ронни Петерсоном и Аланом Джонсом.
Сезон 1977 года разрушил амбиции не только Йохена Масса, но и его земляка Ханса-Йоахима Штука. В сравнении с коллегой по команде Джоном Уотсоном долговязый немец был заметно медленнее, хотя и набрал в общем зачете на 3 очка больше.
Почти ровно через год после своей аварии, 31 июля 1977 года, Лауда победил в Гран-При Германии и заложил мощный фундамент для завоевания титула. Ровно через 50 лет после открытия трассы в горах Айфеля, немецкий этап состоялся на этот раз в Хоккенхайме. FOCA и GPDA не имели желания больше появляться на Нюрбургринге. "Северная петля" была в начале 1977 года признана непригодной для гонок Формулы 1. Потребовались инвестиции в размере более 80 миллионов марок для постройки нового "короткого Нюрбургринга" длиной 4,5 км, чтобы впоследствии гонки вернулись в Айфель. Однако времена изменились, и перестроенный Нюрбургринг - это было уже совсем не то, чем была когда-то "Северная петля".
Когда Ники Лауда победил в третий раз в Цандфоорте и имел чемпионское звание почти в кармане, он, как умный тактик, распространил информацию об уходе из Ferrari. Берни Экклстоун и концерн Parmalat почти сразу заключили с австрийцем контракт и сделали его самым высокооплачиваемым "носителем бейсболок". У Лауды были и другие причины ухода из команды. Отношения в
коллективе были уже не те, "брак распался". Поэтому Ники и принял самостоятельное решение об уходе, что для Энцо Феррари было, должно быть, еще больнее. Патриарх проклял Иуду по имени Ники Лауда, который "продался конкурентам не за 30 сребреников, а за 30 салями…" Но, как бы то ни было, до 2 октября 1977 года нужно было вести совместное существование. В этот день Ники занял 4 -е место в Уоткинс Глен и досрочно стал чемпионом мира. Еще ночью перед Гран-При был уволен главный механик Лауды Эрманно Куоги, поскольку тот тоже хотел перейти в Brabham. На следующий Гран-При в Канаде Ferrari заявляет третьим гонщиком, кроме Ройтеманна и Лауды, еще и Вильнева. За несколько часов до начала тренировок Лауда из-за окончательно испортившейся атмосферы в команде решает вообще не выступать на этом этапе…
Ему больше не пришлось садиться в кокпит Ferrari. 23 октября 1977 года в Фуджи на Гран-При Японии в болиде 312Т2 со стартовым номером 11 был Жиль Вильнев, который столкнулся в этой последней гонке сезона с Tyrrell Ронни Петерсона. Ferrari, на котором полугодом ранее Лауда победил в Кялами, был буквально катапультирован в воздух и приземлился за отбойниками. Двое зрителей
погибли, семь были тяжело ранены. Вильнев отделался испугом. Гонка закончилась победой Джеймса Ханта, и это был последний успех англичанина. Фуджи стала последней гонкой и для Гуннара Нильссона, который сошел на 63 круге из-за неисправности трансмиссии. В новой команде Arrows 29-летний швед должен был выступать вместе с Риккардо Патрезе. Однако борьбу ему пришлось
вести не на трассе, а на больничной койке, с поздно обнаруженным раковым заболеванием. Ему оставался всего год жизни, но Гуннар, проявив невероятную энергию, успел основать "Cancer Treatment Campaign", фонд, занимавшийся проблемами ранней диагностики онкологических заболеваний. Тяжело болевший после химиотерапии и операций, Нильссон еще успел увидеть похороны своего
друга и земляка Ронни Петерсона…
Год в команде Tyrrell очень сильно повредил имиджу Ронни Петерсона: он был вынужден даже вносить деньги, чтобы получить место в кокпите второго болида Lotus! Шведу шел 34-й год, еще один потерянный сезон он не мог и не хотел себе позволить. У Колина Чэпмена Ронни получил машину, на которой были достижимы самые высокие результаты. Еще Lotus 78 был замечательной конструкцией, а его преемник - Lotus 79 - окончательно закрепил превосходство над конкурентами. Этот болид, вскоре прозванный "Black Beauty" ("Черная
красавица"), дебютировал только на шестом этапе чемпионата, в Цольдере, но ожидание себя оправдало: поул-позиция Марио Андретти была завоевана с почти 1,8-секундным преимуществом над вторым гонщиком - Ройтеманном. Марио победил здесь без проблем, а Петерсон на прошлогоднем болиде был вторым. Не сбылись опасения Андретти, что двум топ-гонщикам не ужиться в одной команде. Его отношения с Петерсоном развивались самым лучшим образом: Марио был № 1, получал лучший "материал", в то время как Ронни довольствовался ролью второго пилота, даже если иногда и выглядело, что швед в состоянии показать более быструю езду, чем напарник. В контракте как раз для таких случаев было написано, что Марио Андретти должен финишировать первым, пока оба Lotus
без проблем держатся на лидирующих позициях. Плодом этой стратегии и были четыре двойные победы "Андретти перед Петерсоном". Марио добился, кроме того, двух одиночных побед, и Ронни тоже победил дважды, когда его коллега по команде сходил с трассы. Ужасное воскресенье в Монце неожиданно прервало успехи "близнецов Lotus". Но к этой трагедии вернемся ниже. Ронни официально
объяснял, почему он согласен играть по правилам Lotus: "Марио заслужил чемпионский титул в этом году - и это не имеет ничего общего с договорами, которые мы подписали". Много лет спустя после смерти Петерсона Марио Андретти говорил: "Ронни, по моему глубокому убеждению, был совершенно особым человеком. Даже после многих лет в гонках его окружала аура почти наивной невинности. Нет, в его характере не было ничего фальшивого".
Прежде чем на арену Гран-При вышел Lotus 79, ситуация в сезоне казалась вполне ясной: Ники Лауда вновь собирал очки, на этот раз на Brabham-Alfa Romeo, хотя революционное поверхностное охлаждение новой модели ВТ46 работало из рук вон плохо, и конструктор Гордон Мюррей должен был вернуться к обычному жидкостному радиатору в носовой части машины. В Ferrari чувствительный по натуре Ройтеманн после ухода Лауды сбросил с плеч многотонный груз. Жиль Вильнев был хоть и быстрым, но неопытным новичком,
пусть и талантливым. В Лонг Бич он упустил вполне вероятную победу из-за глупого столкновения с обгоняемым на круг Регаццони. Новая модель 312Т3, впервые вышедшая на старт в Кялами, была аэродинамически усовершенствованной версией своей предшественницы, которой, по большому счету, было уже 4 года. Но благодаря новым радиальным шинам Michelin и по-прежнему могучему 12-цилиндровому двигателю Карлос Ройтеманн часто мог обходиться без "Ground Effect". Аргентинец победил в 4-х гонках, а если бы на первом же круге в Монте-Карло при столкновении с Brabham Лауды не потерял колесо, возможно, довел бы количество побед до пяти. И если бы в Цельтвеге на мокром асфальте Карлос не вылетел бы с трассы, кто знает, не была ли поставлена с ног на голову вся классификация в общем зачете? Вероятно, и Энцо Феррари подумал, что "El Lole" недостаточно использовал все имеющиеся возможности, и не пригласил аргентинца по окончании сезона.







Знаете ли Вы что...