Самое трудное для гонщика — ждать
![Самое трудное для гонщика — ждать Самое трудное для гонщика — ждать](/_ld/11/08088514.jpg)
Мика дебютировал в Больших Призах в Lotus. Очень скоро стало ясно, что менеджер некогда легендарной "конюшни” Питер Коллинз отдает предпочтение более опытному Джонни Херберту. Прозябать в статусе второго пилота в команде с небольшим бюджетом финн не желал. По словам его менеджера Кеке Росберга, к концу 1992 года отношения с Lotus достигли той точки, когда переход в другую команду стал неизбежен. Тем более что пригласить Мику в пару к возвратившемуся в гонки Алену Просту был не прочь сам Фрэнк Уильямс! (Как знать, если бы этот переход состоялся, то, возможно, именно Хаккинена сегодня называли бы величайшим гонщиком современности.) Прослышав о планах главы Williams, Коллинз развязал настоящую войну против финна. Он принялся рассказывать тим-менеджерам Ф-1, что Хаккинен далеко не такой уж хороший и быстрый пилот, и, вообще, у него, Коллинза, с ним заключен контракт на 1993 год. Вскоре, однако, выяснилось, что бумага, которой потрясал британец, была не договором, а, скорее, протоколом о намерениях этот самый договор заключить. Что же до оценки способностей финна, то впоследствии сам Питер признался, что таким манером лишь пытался удержать Мику в команде.
![]() |
Однако тогда казалось, что британец одержал победу. Дело в том, что Уильямс умудрился опоздать с подачей заявки на участие в чемпионате-93. В итоге его команда могла быть допущенной к соревнованиям только с согласия глав всех остальных "конюшен”. Но обыкновенная формальность превратилась в непреодолимое препятствие. Шеф Lotus был готов уступить Фрэнку лишь при условии, что тот откажется от намерений подписать контракт с Хаккиненом.
В принципе, притязания Коллинза можно было оспорить в суде, но Росберг решил, что разбирательство может серьезно повредить карьере его подопечного. Однако ни у гонщика, ни у его менеджера не было ни малейшего желания возвращаться в Lotus. Сразу после срыва сделки с Williams начались активные переговоры с руководством Ligier. И быть бы Мике партнером Марка Бланделла (с большой вероятностью повторить в дальнейшем его судьбу и закончить карьеру без особых успехов – как велика все-таки роль случая!), не измени французы в уже готовом договоре один пункт. Словом, переход в Ligier тоже не состоялся. Между тем на дворе стоял декабрь, а будущее Мики не прояснялось ни на йоту. И тут Кеке решил обратиться за помощью к Рону Деннису, в "конюшне” которого он некогда гонялся. В это время Рон отдыхал во французских Альпах после крайне неудачного сезона. McLaren ничего не мог противопоставить гонщикам Williams-Renault, ушли поставщики моторов из Honda, а главная надежда команды Айртон Сенна вознамерился податься в заокеанскую серию Indycar. Деннис, отчаянно нуждавшийся в гонщике на тот случай, если Сенна действительно решит уйти, согласился встретиться с Микой. После недолгих переговоров в аэропорту Courchevel он заключил контракт с финном. Коллинз снова попытался вмешаться, но его пыл быстро остудили адвокаты McLaren. После двух дней разбирательств в международном суде Женевы было установлено, что претензии Lotus юридически не обоснованы. Питер проиграл свою войну.
Но победа досталась Хаккинену дорогой ценой. В межсезонье финн в компании с Майклом Андретти тестировали новенький McLaren MP4/8, в то время как Сенна никак не мог решить, что же он намерен предпринять. Бразилец опробовал Penske-Chevrolet на треке в Финиксе, заявлял, что будет заключать с McLaren договоры на каждую гонку, говорил о желании продолжить многолетнюю дуэль с Аленом Простом. Накануне мартовского Гран При Южной Африки Хаккинен был во всеоружии. Но бразилец приехал. Так Мика стал самым дорогим на тот момент тест-пилотом в истории Формулы-1.
"Контракт с McLaren заключался по настоянию Росберга. С самого начала было ясно, что это очень рискованно: или все, или ничего, – рассказывает Хаккинен. – Участие Айртона в первой гонке сезона стало для меня страшным ударом”. Действительно, за год, проведенный вне гонок, Мику могли забыть, а в таком случае на его карьере можно было ставить крест. "Быть запасным гонщиком очень тяжело. Тяжелее, чем раз за разом глохнуть на старте, – откровенничает финн. – Но я был уверен в McLaren. Рон Деннис обещал, что я выйду на старт еще до конца сезона и постоянно говорил: "Подожди еще немного”. Я доверился ему, работал на перспективу”.
![]() |
"Мы не ошиблись, договорившись с Деннисом, – вторит ему Росберг. – Лично я верил, что уже в том сезоне увижу Мику на пьедестале”. Сложно сказать, подкреплялись ли обещания руководства McLaren реальными планами. Представляется сомнительным, чтобы прагматичный Деннис заменил молодым финном, пусть даже на несколько гонок, Айртона Сенну или Майкла Андретти, сложись выступления последнего более удачно. Но дебютный сезон американца оказался коктейлем из нелепых ошибок и фантастического невезения. В сентябре 1993 года разочарованный чемпион IndyСar объявил о своем возвращении в Штаты.
Хаккинен вернулся в гонки на Гран При Португалии. И в первой же своей квалификации за рулем McLaren обставил самого Сенну. "Айртон никак не мог понять, каким образом я оказался быстрее, – улыбается финн. – А я просто был уверен в себе и чувствовал, что могу выиграть гонку”. Две недели спустя, промчавшись по мокрому асфальту автодрома "Сузука”, Мика впервые поднялся на пьедестал. Это стало началом долгого пути к победам и чемпионским титулам.
Говорят, время проверяет чувства на прочность. Восемь лет назад сезон томительных ожиданий в McLaren не сломал молодого финна, не загасил его страстное желание гоняться. Как повлияет размеренная семейная жизнь на теперешнего Мику, пресыщенного славой и достигшего в Формуле-1 всего, чего он хотел? Состоится ли его второе возвращение в гонки? Будет ли оно таким же триумфальным, как в тот сентябрьский день 93-го? На эти вопросы может дать ответ только время. И сам Мика.
Игорь Постнов
Журнал "Формула-1" январь, 2002